Клятвопреступник (Oath Breaker)

Автор: Goblin Cat KC

Перевод: Weis

Бета: atenas

Оригинал: здесь (разрешение автора на перевод получено)

Рейтинг: R (авторский; PG-15 – переводчика)

Пейринг: Драко Малфой/Гарри Поттер, Люциус Малфой/Северус Снейп

Жанр: драма/приключения

Статус: закончен

Краткое содержание: Малфои предпринимают драматичную эскападу, Драко приходится обучать Гарри темной магии, а все студенты Слизерина исчезают.

Глава 16

Несколько следующих дней Драко и Гарри провели в добровольном заточении, спрятавшись в полузатопленной старой душевой от мира и от войны. Каждый день Драко сбрасывал немного старой кожи и перебирался из кабинки в кабинку, стыдясь плавающих в воде лоскутов. Гарри послушно следовал за ним, но не мог его нести – новая кожа была слишком чувствительной и отзывалась болью на малейшее прикосновение. Драко утешал себя тем, что, по крайней мере, гриффиндорец был мягким и к нему можно было прислониться. После особенно болезненного маневра, когда Драко с большим трудом удалось не коснуться свежеполинявшим хвостом каменного пола, он с облегчением устроился на коленях у Гарри и наотрез отказался шевелиться.

- Как часто ты превращаешься? – спросил Гарри.

Задремавший было Драко приоткрыл один глаз и подтянулся чуть выше. Теперь он не возражал против вопросов. По крайней мере они могли поговорить о чем-то кроме войны, о которой совсем не хотелось вспоминать.

- Каждые пять-шесть лет, - ответил он. – Примерно на неделю.

- И твой отец тоже превращается?

- Каждый год, - кивнул Драко. – Но только на пару дней.

- Почему у него по-другому?

- У всех это происходит по-разному. Некоторые из моих предков превращались каждый месяц. Мне еще повезло, а вот бедняжке Мелузине пришлось хуже всех.

- Кому?

- Хм… Если ты никогда не слышал о Мордреде, то о ней тем более. Сейчас упоминания о ней можно встретить лишь в нескольких книгах. Не думаю, что магглы ее вообще помнят, хотя в свое время она была довольно знаменита, - он передвинулся и положил голову Гарри на живот. – Королева Мелузина дю Малфои. Она правила совсем недолго. Ей приходилось превращаться каждое воскресенье. Однажды ее муж-маггл нарушил обещание и проследил за ней.

- Погоди, Малфой вышла замуж за маггла?

- Каждый может ошибиться, - раздраженно ответил Драко. – Он обвинил ее в ведьмовстве, и она сбежала. Конечно, она и в самом деле была ведьмой, но ее очень задело то, что он нарушил обещание. Он убил их детей, она покинула страну, и с тех пор никто из Малфоев не вступал в брак с магглами.

- Убил детей? –  прошептал Гарри.

- Да. В один прекрасный день они все равно начали бы превращаться в виверн. Ну… вообще-то мы не знаем наверняка, убил ли он их. Может, они превратились неожиданно и замерзли до смерти без матери, которая могла бы о них позаботиться. Все равно они были гр… полукровками, - он замер, опасаясь, что Гарри ударит его за чуть не случившуюся оговорку. Но через несколько мгновений, когда наказания не последовало, понял, что на этот раз обошлось и расслабился.

- В конце концов Мелузина вернулась и убила его.

Гарри открыл рот, словно хотел что-то сказать, но промолчал. Некоторое время он просто гладил Драко по голове, обдумывая вопрос.

- Из-за чего началась война?

Сначала Драко удивился, почему Гарри вообще это интересует, но потом нахмурился. Из бесчисленных книг отца и воспоминаний предков он хорошо знал, что к моменту битвы Мордреда и Морганы с Камелотом война между темными и светлыми магами уже бушевала вовсю. Потом все сообщество темных сосредоточилось на поиске Темного лорда, наследника величия Мордреда и мудрости Морганы, и о довоенных временах вспоминали крайне редко. Что могло случиться во времена ухода старых богов, что разожгло такую ненависть между тьмой и светом?

- Драко?

- Тихо, я думаю.

Но кроме старых, полузабытых снов, обрывков чужих воспоминаний, повторяющихся снова и снова, порой затертых недавней гибелью очередного предка, ничего не шло на ум. Были времена, когда Малфои знали своих богов в лицо, видели их каждый год и получали от них власть и силу. Но время шло, древние покидали этот мир, и Малфои постепенно начали забывать их лица и помнили только неясные очертания, оленьи рога, зеленую кожу, золотистые глаза. Старые обещания и ритуалы сначала превратились в неясный шепот, а потом померкли совсем. После долгих веков преданной службы хозяева позабыли и предали темных магов.

А светлые в это время смеялись, стоя на границе тьмы. Они всегда были там – насмехались над тьмой в сиянии солнечного света.

«Клятвопреступники» - говорили о них светлые.

Да, в прошлом они и в самом деле нарушили немало обещаний, и теперь носили это имя с неким извращенным удовольствием, насмехаясь между собой и дразня им светлых во время редких столкновений с ними. Странно, что Драко это не приходило в голову раньше, но теперь, когда он всерьез задумался, смутное понимание забрезжило на границе сознания.

Он знал, из-за чего началась война. Это знание дремало где-то в глубинах памяти.

Закрыв глаза, он нырнул в темную бездну чужих, древних воспоминаний, стараясь не отвлекаться на крики и стоны. В памяти умирающей на костре Марианны Малфой он уловил образ предков, истекающих кровью на полях. Эсон Малфой рухнул на землю, зарезанный маггловским ножом, и Драко тут же вспомнил кремневые ножи, которые они использовали для жертвоприношения. Юный Фабьен дю Малфой полз по пшеничному полю, когда его старший брат, единственный оставшийся в живых из всей семьи кроме него, подарил ему немного времени, задержав кровожадную толпу ценой собственной жизни, и Драко вдруг понял, что светлые маги делали на этих самых полях.

- Конечно… - прошептал он, когда мысль прояснилась. – Теперь я вспомнил. Я давно не думал об этом.

- Вспомнил, из-за чего началась война? – спросил Гарри.

- Да, - отозвался Драко. – Мы нарушили клятву.

- Все это кровопролитие из-за нарушенной клятвы? – хмыкнул Гарри. – Безумие какое-то.

- Смотря что за клятва. Ты знаешь, что светлые маги делали, когда хотели призвать дождь?

- Во время засухи, ты имеешь в виду?

- Да. Очень немногие из нас выращивали что-то или разводили живность. Нам приходилось полагаться на магглов, которые делали это за нас.

- Я думал, темные маги не имеют никаких дел с магглами.

- У нас не было выбора. Не забывай, это было очень давно, задолго до появления письменности и истории. Представь два типа колдунов: одни живут рядом с тобой, защищают от захватчиков, помогают женщинам при родах, другие прячутся в лесах, якшаются с волками и воронами, не позволяют приближаться к своим святилищам, а если кто-то все же осмеливается - убивают, и даже время от времени превращаются в животных. С кем ты станешь торговать?

- Темные маги прогоняли магглов от святилищ старых богов?

- Конечно, - кивнул Драко. – От мест, где они проникали в наш мир, от их зачарованных замков и проклятых водоемов. Мы спасли не меньше магглов, чем светлые, пусть даже не ради них самих. Казалось бы, они должны были понимать, что им следует держаться подальше от логова чародеек или других опасных мест, но порой магглы бывают невообразимо глупы. Так начались наши ночные рейды. Мы крали еду.

- Эту клятву вы нарушили? Не укради?

- Нет. Все было намного серьезнее. Не забывай, это случилось задолго до  появления министерства и даже до Мерлина. Ваши не так уж стремились защищать магглов, держа их за низших существ. Все волшебники были, в основном, чистокровными. Никому не было никакого дела, если время от времени мы убивали маггла-другого, главное, чтобы не трогали никого с колдовской кровью. 

Я не помню всего, но знаю, что однажды наступила великая засуха. Дождя не было несколько лет. Ваши попробовали перенаправить ближайшие реки, а когда те начали высыхать, пришлось искать подземные источники. В конце концов им не оставалось ничего, кроме… Ты знаешь, что делают светлые, чтобы урожай был обильным? Мне кажется, магглы до сих пор кое-где так поступают.

- Понятия не имею. Что они делают?

- Они совокупляются на полях, как кролики. Сейчас такое вряд ли увидишь, но лет двести назад этот способ считался действенным. Во время той засухи это было последней надеждой светлых. Ты можешь себе представить – ведьмы и колдуны трахаются на пыльном поле, словно животные? Очень достойно.

- Но темные маги этого не делали? – спросил Гарри, не обратив внимания на сарказм.

- Конечно нет. Мы знали, что бесполезно проливать наше семя на землю. У самых мощных наших заклинаний всегда был один источник – кровь.

Он помедлил, и тишина показалась оглушительной. Даже теперь сделанное тогда казалось грандиозным. Казалось, древняя темная магия, от которой невозможно очиститься, до сих пор пятнает его душу.

- Драко?

- Я думаю, - негромко произнес слизеринец, - что мы перестали надеяться на вас, когда начали умирать леса. Мы знали, что делать, но между нами и вами было соглашение. Для большинства заклинаний довольно и маггловской крови, но для чего-то по-настоящему сильного нужна чистая. Однажды ночью мы отправились на поля и…

- …убили кого-то, - закончил Гарри.

- Ведьму. И не просто убили, - возразил Драко. Его голос звучал отрешенно, словно он вспоминал о том, что совершил сам, а не полузабытое деяние предков. - Мы словно обезумели. Мы как будто знали, что это изменит все. Не просто призовет дождь, а сделает разрыв между нами и остальными необратимым. Значит, наше деяние должно было быть достойным такого разрыва. Мы воспользовались не палочками, а  ножами, маленькими кремниевыми ножами для приготовления ингредиентов. Сначала мы перерезали ей горло, потом запястья. Мы разорвали ее на кусочки и разбросали их по полю. Мы напоили землю ее кровью. И за все время не проронили ни звука.

- Вот какую клятву вы нарушили, - произнес Гарри. – Убили колдунью.

- Это убийство стало своего рода заклятием. Мы принесли ее в жертву, чтобы напитать нашу магию. Не успели первые капли крови упасть на землю, а над нами уже собрались тучи. Когда мы закончили, бушевала гроза - впервые за несколько лет. Ну а когда засуха прекратилась, светлые маги и магглы сочли удобным заклеймить нас навеки.

- Разве можно их винить? – по голосу Гарри было ясно, что «трахаться, как кролики» он считает гораздо лучшим решением. – Вы убили одну из них…

- Гарри, - Драко отодвинулся, чтобы посмотреть ему в лицо. – Разве я сказал, что ведьма была светлой?

У гриффиндорца перехватило дыхание.

- Вы убили одну из своих?

- Конечно. Добровольно отданная кровь гораздо могущественней. Жертва должна была быть нашей. Только так мы могли не запятнать себя в этом расколе.

Гарри ничего не сказал, но тишина показалась Драко неутешительной. Кровавый ритуал, породивший яростное противостояние между темными и светлыми магами, был представлен на суд Гарри, и они оба понимали, что хотя сам Драко не участвовал в тех событиях, он их одобрял. Разница между темными и светлыми магами заключалась лишь в их видении магии – как послушного инструмента или опасного, живого бытия. То, что темные прекратили засуху и ценой одной жизни спасли всех, не имело значения. Они нарушили правило, благодаря которому сохранялся непрочный мир, и с тех пор не изменили своим убеждениям.

Клятвопреступники. Убийцы.

- Ты все еще любишь меня? – спросил Драко, стиснув амулет в ладони. – Теперь, когда знаешь?

Вместо ответа Гарри обнял его крепче и  прижался щекой к светлым волосам.

У Драко в голове не укладывалось, как гриффиндорец может прикасаться к нему. По крайней мере старая шкура почти полностью сошла, сделав его тело белоснежным и сияющим. Только на хвосте и на спине осталось несколько лоскутков. Драко ненавидел свою чешую. У его человеческой кожи был хоть какой-то цвет. Чешуя же казалась ему мертвенно-бледной, и оставшиеся, неполинявшие участки только все ухудшали.

Но Гарри явно думал не так, как все остальные. Где все видели закоренелого темного мага, гриффиндорец видел кого-то, нуждающегося в защите. Весь волшебный мир считал Драко просто-напросто избалованным отпрыском Малфоев, все в школе были уверены, что он жульничает в квиддич (и не без основания, должен был признать Драко), а клан Уизли наверняка полагал, что каждое полнолуние Малфои приносят в жертву чистокровных рыжеволосых волшебников. В глазах кого угодно Драко был самым настоящим проклятием. Он понятия не имел, почему Гарри думает по-другому, и, что еще хуже, не знал, сам ли он тому причиной. На мгновение ему захотелось разбить амулет о стену, но страх того, что могло за этим последовать, побудил его отбросить эти мысли.

Ощутив спазм в спине, Драко подумал, что это очередная судорога, но еще один, сильнее, и на этот раз в хвосте, разубедил его. В панике он дернулся из рук Гарри, но опоздал. Так же стремительно, как когда он превращался в полувиверну, его тело принимало прежний вид. Остатки старой шкуры сползли, кожа вновь стала бледно-розовой, с глаз исчезла пленка, а когти втянулись. У него под кожей словно ползали змеи, от которых некуда было деваться. Застонав, Драко скорчился в объятьях Гарри, крепко вцепившись в него и чувствуя, как снова сдвигаются кости.

Хвост превратился в ноги, и юноша подумал, что не надо было оставлять мантию в другой кабинке. Еще через несколько секунд к нему окончательно вернулся человеческий облик. Задыхаясь, Драко обессилено лежал, ожидая, пока тело успокоится.

- Ты в порядке? – спросил гриффиндорец, склонившись над ним. – Твой хвост словно взбесился.

Если бы Драко не был так смущен оттого, что лежал у Гарри в объятьях совершенно голый, он что-нибудь ответил бы. Слава богу, что свет факелов был неярким, как это бывало ночью. В темноте он чувствовал себя не таким уязвимым.

Когда слабость отступила, Драко сел и посмотрел на гриффиндорца.

- Да. В порядке. Просто превращаться не очень-то приятно.

- Ты так напрягся. Я даже испугался, что ты можешь пораниться.

- Уже все нормально, - отозвался Драко.

Он внимательно разглядывал гриффиндорца, радуясь, что можно больше не волноваться о непредсказуемых реакциях собственного тела. Тусклый свет отражался в глазах Гарри и раскрашивал его лицо оранжевым и чернильно-черным. Драко смотрел, как всполохи играют у него на скулах, пока не решил, что просто смотреть недостаточно.

- Раньше у меня был змеиный язык, - мягко произнес он. – Давай на этот раз сделаем все как полагается.

Он подался вперед, коснулся лица Гарри и накрыл его губы своими. Гриффиндорец  резко притянул его ближе, и Драко вздрогнул от неожиданности. Обнаженный, он чувствовал себя немного неуютно, прижимаясь к одетому Гарри, но у него не было особого желания волноваться по этому поводу. Когда Гарри пробежался пальцами по его волосам и наклонил голову так, чтобы было удобнее, Драко и вовсе стало все равно. Но он не ожидал, что другая рука гриффиндорца соскользнет с его талии, прокрадется к ягодицам и прижмет его к Поттеру. Ахнув, он отпрянул, но, заметив удивленный взгляд Гарри, расслабился.

- Ты понятия не имеешь, насколько сильный, – усмехнулся он.

- Я не хотел, - запнулся тот. – То есть… я не хотел вот так тебя хватать.

- Рьяный львенок, - Драко поглядел через плечо и снова на Гарри: - А руку-то не убрал.

- Кажется, ты еще не совсем крепко держишься на ногах, - лукаво ответил Гарри,  и на его губах появилась несмелая улыбка. – Не хочу, чтобы ты упал.

- Какой предусмотрительный гриффиндорец, - хмыкнул Драко. Он потянулся за новым поцелуем, амулет качнулся на короткой веревочке и прижался к груди Гарри. Драко заметил это только когда тот отстранился и приподнял пузырек, с любопытством разглядывая его.

- Там кусочек бумаги внутри? – спросил он. – Это же не на крови сделано, нет?

- Нет, не на крови, - отозвался Драко, чувствуя, как несмотря на горячую воду похолодела кровь у него в жилах. Ему ужасно захотелось забрать амулет у гриффиндорца и сдержаться помогло только опасение, что тот сочтет это весьма подозрительным. – Это просто амулет на удачу, я тебе говорил.

- Ага, - задумчиво ответил Гарри, завороженный мерцанием меда на свету. – Раньше я его у тебя не видел.

- Я сделал его после того, как на нас напали в подземельях, - сказал Драко, отводя взгляд. Он не доверял неконтролируемой легелименции гриффиндорца. – Чтобы обезопасить себя хоть как-нибудь.

Гарри отпустил виал, и тот упал Драко на грудь.

- Теперь у тебя есть я.  

- Да, - Драко все еще не мог заставить себя посмотреть на него. – Я… я думаю, нам пора выбираться отсюда. Надо сказать всем, что я… что мы готовы вернуться. Но сначала надо принять душ, а то я пахну, как змея.

- Я думаю, ты пахнешь замечательно, - заметил Гарри, но отпустил его. – Значит, в душ?

- Мы уже в душе, - напомнил ему слизеринец. – Просто убери чары, которые не дают воде утекать.

- Почему я?

- Потому что моя палочка где-то под водой, - объяснил Драко.              

Состроив страдальческую гримасу, Гарри вытащил палочку и вышел из кабинки, не заметив, как Драко отшатнулся в тень, когда он отодвинул занавеску. Было слышно, как он распечатывает стоки, один за другим. Вскоре уровень воды значительно понизился. Прислонившись к стене, Драко вздохнул и принялся ждать, пока гриффиндорец закончит. Просто от возможности стоять прямо он все больше и больше чувствовал себя человеком.

- Ну вот, готово. Вот твоя палочка. Я и одежду твою нашел, но не думаю, что ты захочешь ее надевать, - Гарри положил у входа в кабинку Драко мокрую тряпку, в которой с трудом угадывалась школьная мантия.

- Ничего, - сказал Драко, забирая палочку, - Пэнси наверняка оставила снаружи чистую мантию.

- А… ладно,- Гарри посмотрел на ряды кабинок. – Что ж, тогда, думаю, надо помыться.

Драко недоуменно нахмурился, но потом сообразил, что Гарри собирается принимать душ в другой кабинке. Он ощутил одновременно облегчение и сожаление. С одной стороны, он бы не возражал против еще пары-тройки поцелуев, с другой – не хотел лишний раз привлекать внимание Гарри к амулету.

- Да, - кивнул он. – Не уходи без меня, ладно?

Вместо того чтобы использовать старое мыло, лежащее в ржавых мыльницах, он воспользовался чистящим заклинанием и сполоснулся холодной водой. Полотенец не было, так что ему пришлось высушиться с помощью чар. Выглянув из-за занавески, чтобы убедиться, что гриффиндорец еще в душе, он быстро прошел к двери. Несмотря на то, что Драко привык к общим душевым, находясь обнаженным рядом с Гарри, он чувствовал себя ужасно неловко.

Холодный пещерный воздух заставил Драко поежиться. За дверью его и вправду ждала свежая одежда, а также Винсент и Грегори, играющие в карты прямо на полу. Они даже не взглянули в его сторону, но юношу это не удивило. Его предыдущее превращение тоже случилось в Хогвартсе, во время зимних каникул, и у Винсента с Грегори наверняка до сих пор случались кошмары из-за той истерики, которую закатил Драко, когда эти двое нечаянно увидели его. В этот раз они не собирались рисковать и старались даже краем глаза на него не смотреть.

- Можете отчаливать, - сказал им Драко, забирая одежду. – Я вернулся.

Грегори немедленно поднялся, но Винсент сначала собрал карты и поглядел на Драко через плечо.

- Поттер еще с тобой? – спросил он.

- Конечно, - оставив дверь полуоткрытой, Драко шагнул в  сторону, чтобы его не было видно, и принялся одеваться. – Что тут творилось, пока меня не было?

- Ничего особенного. Пэнси заставляет всех заниматься после уроков. Тед провел испытания, чтобы набрать команду, но пока не говорит, кого выбрал. О тебе опять пишут в газетах, - Винсент протянул Драко смятый «Пророк».

Нехороший, липкий ужас охватил Драко.

- Опять? Вы что, читали всю эту чушь?

- По дороге в Хогвартс нам время от времени попадались выброшенные газеты. Мы их читали, - Винсент потянулся и зевнул. – Это сегодняшняя. Пэнси из-за нее в ярости.

- Замечательно, - Драко зажал газету в зубах и застегнул мантию. Зашнуровав ботинки, он развернул «Пророк» и чуть не выронил, увидев заголовки.

«МАЛФОЙ ПРИЗНАЛСЯ, ЧТО ОН ТЕМНЫЙ МАГ.

Исконный недруг волшебного мира нашел убежище в Хогвартсе.

Несколько учеников и преподавателей, пожелавшие сохранить свои имена в тайне, опасаясь возможной мести, сообщили нам, что директор Дамблдор лично обратился с речью к обитателям школы и подтвердил, что Драко, сын Пожирателя смерти Люциуса Малфоя, действительно является темным магом.

«Дамблдор сказал, что Малфой заслужил его доверие, - говорит один из наших информаторов, - но лично я не понимаю, что такого полезного он сделал. Он просто старается держаться ото всех подальше. Он даже не ест вместе с нами. А в этой своей мантии с капюшоном он на самом деле похож на темных магов из книжек».

Для наших магглорожденных читателей, которые могут не понять всю важность подобных новостей, мы должны пояснить, что темные маги искушены в кровавых ритуалах и страшных преступлениях. К тому же совершаемых под покровом ночи. Это самая суть темной магии. Темные маги практикуют одну из наиболее опасных, извращенных и запрещенных форм магии - некромансию. История изобилует рассказами об их деяниях, и хотя число темных магов с годами уменьшилось, теперь очевидно, что кое-кто из них до сих пор скрывается среди нас.

Теперь, с благословения директора Дамблдора, они нашли укрытие среди наших детей. Нет никаких сомнений, что недавние происшествия, о которых мы рассказывали читателям ранее – отравление пятерых студентов, а также ужасный взрыв галлюцинариума, от которого несколько пострадавших, в том числе и сам Гарри Поттер, едва не лишились рассудка - связаны с присутствием в школе Драко Малфоя.

У нас даже есть основания утверждать, что Малфой в приступе ярости напал на школьного завхоза и едва не убил его. Хотя причины нападения остаются неясными, некоторые читатели могут задуматься, не было ли это попыткой жертвоприношения, пресеченной только благодаря Гарри Поттеру?

«Просто ужас, - сообщает один из преподавателей. – Я увидал Малфоя рядом с покалеченным Филчем, а Гарри – Гарри Поттер, я имею в виду – стоял между ними, будто едва успел остановить убивца».

 Еще большую тревогу вызывает то, что темный маг не просто скрывается в школе, но много времени проводит в компании Мальчика-Который-Выжил. Кто знает, какое влияние он может оказать на впечатлительного, воспитанного магглами юношу, которому уже так много пришлось вынести за свою недолгую жизнь? Совсем недавно эти двое исчезли из виду, а директор Дамблдор ограничился лишь коротким заявлением, что они приходят в себя после недавней схватки с несколькими студентами Равенкло и Хаффлпафа.

Однако мы можем подвергнуть сомнению его заявление о том, что они пострадали  защищаясь, и не только потому, что ни один честный волшебник никогда не стал бы защищать темного мага, но и потому, что исчезли также несколько других студентов. Некоторые из наших информаторов утверждают, что пропавшие ученики находятся в лазарете Хогвартса, а другие – что они в клинике Св. Мунго.

Мы считаем, что родители имеют право знать, как долго школа находится под влиянием темных магов. Люциус Малфой был одним из самых видных попечителей Хогвартса и важной фигурой в инициации ряда преобразований. Теперь власть Малфоев в Хогвартсе перешла к его сыну, приобретшему благодаря своей жесткой линии поведения определенную репутацию в Министерстве.

Особенно сильно влияние Малфоя на факультет Слизерин. Наши источники подтверждают, что отсутствовавшие несколько месяцев студенты Слизерина прибыли в школу среди ночи несколько дней назад, и что вместе с Драко Малфоем их встречали директор Дамблдор и Гарри Поттер».

Неудивительно, что Пэнси в ярости. Одно дело - признаться самому, но бросать тень подозрения на детей непростительно. Драко еще повезло, что Пэнси не ворвалась в душевую с требованиями, чтобы он что-нибудь сделал. Ему не хотелось думать о потоке родителей, который вот-вот хлынет в школу, чтобы защитить от него своих детей.

- Ты в порядке? – спросил Гарри, выйдя из душа. – Ты выглядишь больным.

- Я и чувствую себя больным, - отозвался Драко и протянул ему газету.

Пока Гарри читал, слизеринец запустил руку в волосы, раздумывая, как можно скорректировать его план остаться в Хогвартсе, пока Волдеморт и «Пророк» не погубили все.

- Рано или поздно это все равно стало бы известно, - сказал Гарри.

- Я надеялся, у меня будет больше времени, - сердито отозвался Драко и с размаху ударил кулаком по стене. Руку пронзила боль, и юноша поморщился – раны так и не зажили полностью и, наверное, никогда не заживут.

- А я-то был уверен, что все нас поддерживают, - вздохнул Гарри. Он свернул газету и сунул ее в карман. – Но, наверное, вековую вражду не прекратишь за одну ночь.

Драко принялся расхаживать взад-вперед, размышляя. Они вложили столько сил и времени в организацию предательства Темного лорда, в планирование побега истинных рыцарей Вальпургии, в подготовку укрытия для их детей, пока те добирались до Хогвартса, и теперь все оказалось под угрозой из-за одной-единственной газетной статьи!

Он ожидал, что придется красться через гостиную на цыпочках, чтобы не попасться на глаза Пэнси и избегнуть ее гнева, но, к его удивлению, в комнате почти никого не было. Только Винсент и Грегори ждали их у дверей. Драко воспользовался моментом и огляделся. Свалку из одеял и подушек посреди комнаты более-менее привели в порядок. Между одеялами валялись книги, свитки и перья. На столах красовались блюда с фруктами и сладостями – наверняка любезность эльфов, старавшихся хоть как-то загладить вину.

- Мне нужно увидеть Дамблдора, - сказал Драко, только ради Гарри. Он знал, что двое его телохранителей последуют за ним безо всяких объяснений. – Пойдешь со мной?

- Конечно, - кивнул тот.

Рядом с гриффиндорцем и в сопровождении Грега и Винсента Драко чувствовал себя гораздо уверенней, но на всякий случай позволил Гарри выйти из гостиной первым. Никто не осмелится напасть на Мальчика-Который-Выжил, а если даже и нападут, Драко  верил в его боевые навыки достаточно, чтобы чувствовать себя в безопасности позади него.

- Винсент, - бросил он через плечо, - так значит, отбор в команду уже начался?

- Тед сказал, что для полноценного отбора не хватает времени, - ответил тот. – Остался кое-кто, кто был раньше, но нужно подыскать замену Эларону, Мэтью, Ризаэль и…

- Ясно, - Драко не стал слушать дальше. Некоторые из отсутствующих присоединились к его отцу, кто-то просто исчез. Драко не знал, почему – может, их убил Волдеморт, а может, они просто спрятались. Может, даже присоединились к Волдеморту и погибли, когда Драко спалил свой дом. Или он прикончил кого-то из них по пути. Он же не видел лицо Пожирателя, которого иссушил до смерти. Мог ли тот быть его бывшим товарищем по команде? Драко не было его жаль, но все же…

Остаток пути к кабинету Дамблдора они проделали молча.

Обрадовавшись, что старый пароль все еще действует, Драко шагнул вперед, но вдруг остановился. Прежде, когда он приходил сюда, с ним всегда был Северус, а в те редкие случаи, когда Драко встречался с Дамблдором без крестного, это происходило или на территории Слизерина или когда рядом был Гарри. Теперь же он стоял у подножия лестницы и чувствовал себя юным, неопытным мальчишкой, в первый раз готовящимся войти в Министерство.

- Драко? – произнес Гарри. – Все в порядке?

- Просто немного нервничаю, - ответил юноша. И, проглотив комок в горле, обернулся к друзьям: - Оставайтесь здесь. Мы скоро вернемся.

Глубоко вздохнув, он вошел и тут же ошеломленно распахнул глаза, увидев, что Северус уже сидит напротив директорского стола. Мастер зелий явно не удивился появлению юношей.

- Мистер Малфой, Гарри, - улыбнулся Дамблдор. – Пожалуйста, садитесь. Мы ждали вас.

- Рад, что я вас не разочаровал, - отозвался Драко. – Как вы узнали, что я приду?

- Ваш наставник очень в вас верит, - лукаво улыбнулся старик. – Он сказал, что вы превратитесь обратно этим утром и захотите исправить ситуацию, сложившуюся после сегодняшней статьи. Вопрос лишь в том, как вы собираетесь это сделать.

- Я… - Драко постарался подготовиться к неодобрению крестного. Он знал, что тот назовет любой придуманный им план бесполезным и глупым – таким уж был Северус. – Я хочу дать интервью Рите Скитер.

Увидев их ошарашенные лица, Драко утешил себя тем, что его назовут не просто глупым, а сумасшедшим. Это гораздо лучше, не правда ли?

- Должен признать, - произнес, наконец, Дамблдор, - что я ожидал более тонкого маневра.

- В этой семье не знают, что такое тонкие маневры, - уколол Северус.

- Кое-что нам все же удалось сохранить в секрете, - Драко искоса взглянул на наставника. Но намеки никогда на того не действовали – он и бровью не повел. Драко продолжал: - Скрытность нам больше не поможет. Мне нужно действовать решительно, пока министерство и бог знает сколько родителей не пришли за моей головой.

- В самом деле, совы не устают доставлять мне гневные послания, - кивнул Дамблдор. – В основном вопиллеры. В более сдержанных письмах родители заявляют, что собираются забрать своих детей не позднее завтрашнего дня.

Драко живо представил себе несколько дюжин родителей, прочесывающих школу якобы в поиске собственных чад, но на самом деле охотящихся за одиноким Малфоем.

- Значит, я должен дать это интервью как можно скорее. Если возможно – уже сегодня.

- Так скоро? – засомневался Дамблдор.

- Безо всякой подготовки? – резко поинтересовался Снейп. – Ты сумасшедший или просто дурак?

- Я справился с министерством и вытащил отца из Азкабана, - огрызнулся Драко. – Безо всякой подготовки.

Увидев яростный взгляд и побелевшие, вцепившиеся в подлокотники кресла пальцы крестного, юноша понял, что тот вот-вот потеряет терпение. Он заговорил спокойнее:

- Мне вовсе не обязательно им нравиться. Надо только заставить их задуматься, засомневаться. Ты же знаешь, что я могу это сделать.

- Твой отец снимет шкуру с нас обоих, - пробормотал Мастер зелий.

- Я не стану возражать, - пожал плечами Драко, - потому что тогда я буду знать наверняка, что он жив.

Дамблдор взял перо и развернул чистый свиток пергамента.

- Очень хорошо. Я сообщу мисс Скитер о вашем желании дать интервью при условии, что она не станет пользоваться быстропишущим пером. Если вы хотите, чтобы оно попало в завтрашний «Пророк», лучше встретиться с ней сегодня. Около полудня вам будет удобно?

- Сколько сейчас времени?

- Занятия только что начались. У вас будет пара часов, чтобы подготовиться.

Драко попытался унять нервозность.

- Где мы будем беседовать?

- В каком-нибудь безопасном месте, - ответил старик, решительно поставив жирную точку. – Думаю, в Большом зале, во время урока Хагрида. Кажется, в это время там как раз будут заниматься гриффиндорцы и слизеринцы.

- И нам придется закончить быстро, потому что начнется обед, - закончил Драко.

- Именно, - Дамблдор закончил писать и запечатал свиток, замысловато взмахнув палочкой. – Я немедленно отправлю послание. Но кроме этого я хотел бы поговорить с вами о мистере Филче.

- Вот как? – Драко было интересно – может, старик хочет, чтобы он извинился за то, что чуть не прикончил сквиба? Если так, ему придется ждать очень долго. К счастью, Дамблдор не стал настаивать.

- Мы допросили его, используя Веритасерум, и он признался, что несет ответственность за несколько актов саботажа, включая те, на которые мы не обратили внимания, посчитав их случайностями, и те, которые еще не произошли. Однако мы не знаем, для чего предназначались руны, которые он написал на входе в Слизерин. Он не успел закончить текст.

- Он срисовывал их с какого-то пергамента, - сказал Драко, вспомнив, что видел в руках сквиба, когда погнался за ним.

- Да, там было что-то вроде уравнения, где ваш вход был обозначен как нечто, на что будет воздействовать другое заклинание. Но Филч не знает, какое.

- Очень убедительно, - пробормотал Драко.

- Темный лорд не настолько доверял ему, чтобы рассказать, - пояснил Северус. – Он знал, что в конце концов мы разоблачим его марионетку.

- Но почему Филч переметнулся на сторону Волдеморта? – спросил Гарри, не заметив, как поежился Драко, услышав это имя, и тем более не обратив внимания на реакцию Северуса. – Он же сквиб.

- Верно, - вздохнул Дамблдор. – Но Темному лорду все равно, кого использовать. В прошлом он не раз прибегал к услугам полукровок. Для него главное их повиновение, и в этом отношении Филч подходил прекрасно.

- Но почему? – не унимался Гарри.

- За прожитые годы в Аргусе накопилось немало горечи и зависти. Многие волшебники смотрят на него с жалостью, а кое-кто откровенно насмехается. Неспособность к магии сделала его легкой мишенью для жестокости магов и лжи Волдеморта.

Драко закатил глаза. Может, Дамблдору и не хотелось признавать, что Филч был садистом, обожавшим издеваться над детьми, но все обитатели Хогвартса знали это, и именно это было причиной их презрения.  Филч был прекрасным примером того, к чему приводит смешение волшебной и маггловской крови – бессильным, завистливым и легко контролируемым существом.

- И это все? – спросил он. – Филч подверг нас всех опасности, и теперь мы должны сидеть и ждать, пока случится то, что он там подготовил?

- Не совсем, -  покачал головой Дамблдор. Мы стерли руны со входа в Слизерин и с нескольких мест снаружи замка. Я попросил кентавров быть особенно бдительными. Хоть они и позволили слизеринцам пройти, но любого колдуна, который встретится им сейчас, они, скорее всего, убьют. Пока я здесь, на Хогвартс никто не нападет.

- Разве что разъяренные родители, явившиеся за моей головой, - пробормотал Драко.

- Ничего подобного не случится.

Однако слова старика не убедили Драко. Через несколько минут он вместе с крестным и Гарри покинул кабинет. Вынужденный расстаться с гриффиндорцем у дверей класса  арифмантики, он почувствовал себя еще хуже. Позволив себе быстрый поцелуй, Драко улыбнулся, увидев ошеломленное выражение на лице Гарри.

- Увидимся после занятий?

- Так нескоро? У меня Защита третьим уроком, но я могу пропустить, чтобы ты не был совсем один на этом интервью. Никому не пожелаю остаться со Скитер один на один.

- Присутствие Гарри Поттера рядом с Драко Малфоем, открыто признанным темным магом, только все усложнит, - покачал головой Драко. – Не волнуйся. Я имел с ней дело раньше. Я справлюсь.

Он шагнул назад, и Гарри неохотно отправился в класс. Услышав раздраженное ворчание Северуса, Драко повернулся и нагнал крестного у лестницы. Встав рядом, он принялся ждать, пока та повернет к ним.

- Дурацкая затея, -  хмуро проворчал крестный. – Наивно полагая, что сможешь завоевать симпатию волшебного мира, ты играешь с огнем.

- Если ты против того, чтобы я это делал, тебе следовало высказаться раньше.

- А толку-то? Ты явно принял решение. Я знаю, что если Малфой что-то решил, переубеждать его бесполезно, и неважно, насколько глупа затея, - Мастер зелий мрачно взглянул на крестника, словно побуждая его не согласиться. – Будь очень осторожен. Да, ты неплохо умеешь манипулировать другими, но эта женщина могла обвести кого угодно вокруг пальца, когда тебя еще на свете не было.

-  Отец бы…

- Нет, Драко, - Северус шагнул на лестницу и повернулся к нему. – Сейчас не имеет значения то, что сделал бы Люциус. Ты не можешь полагаться на то, как поступил бы кто-то другой. Теперь наше будущее зависит от того, как поступит Драко Малфой.

Когда лестница повернулась, унося его наставника к другой двери, Драко почувствовал себя страшно одиноким и замерзшим сильнее, чем в буране Волдеморта.

 

Предыдущая глава   Оглавление   Следующая глава

Обсуждение на форуме